Годовщина

-Мам, мы не сможем приехать. Дети приболели — позвонил сын. Анна растерялась

— Ну как же, сынок, ведь нельзя так. Все таки годовщина, помянуть надобно. Но хоть один приедь — взмолилась она.

— Нет, прости, не могу я — сказал он, а где то на заднем плане смеялись дети, его больные дети.

Анна аккуратно нажала на отбой и с тоской оглядела накрытый стол. Сил убирать все это не было и она шаркая ногами пошла в другую комнату. По привычке прилегла на диван и глядя на аккуратно заправленную постель, где двадцать лет лежал ее парализованный муж и по многолетней привычке заговорила.

-Опять Валя нашего с тобой сыночка Мишу не пустила. Вот скажи, Вань, как его угораздило на ней женится? Ведь какая Люба, невеста его, хорошая была. И красивая и вежливая такая. Я ее надысь видела, она еще краше стала. Детишек у нее трое уже. Правда мужик ей попался, горе а не мужичок. Поговаривают пьет и ее поколачивает. И у нашего тоже не все ладно, я же чую. Валя им верховодит, как тем конем. Впрягла его и погоняет. Ведь он, Вань, и слова ей сказать не может. Вот не разрешила ему приехать, так тому стыдно признаться, он болезнь детей и придумал. Дай им Бог здоровья, внучатам нашим. Я к тебе с утречка на могилку сходила, видел поди. Цветочков тебе положила, стопочку налила. Хотя зря наверное, не любил, ты это дело. Помню как мужики тебя подбивали , а ты не в какую — говорила она, тихонечко вытирая слезы.

-Я все спросить тебя хотела, зачем ты тогда на крышу полез? Ведь тогда уже бригада электриков ехала. Приехали бы и починили. Знаю, знаю, что ты мальчишек спасал, которые на чердаке были. Нет именно ты полез тот злочастный провод убирать. Мальчишки уже давно большими дядьками стали, а ты недвижимый вон скоко лет пролежал. Я грешным делом думала, вот заберет тебя Господь, я хоть выдохну. А сейчас думаю, дурь в голове была, ведь без тебя, Ванечка, мне совсем худо. Одиноко и пусто в нашем доме. Сын не приезжает, внуков, сколько не просила, не привозит погостить. Вот и хожу по дому, как привидение. Даже и поговорить не с кем — она вздохнула и продолжила.

-Знаешь о чем жалею, Вань, что когда с тобой все это случилось, я от нашего ребеночка избавилась. Подумала, что не справлюсь. И ты лежишь, за тобой уход нужен, а тут маленький будет. Вот и решилась. А сейчас думаю зачем? Я же молодая была, чего забоялась? Справилась бы, так думаю. Сейчас или сынок или дочка была бы. Может и рядом со мной жил или жила, как думаешь, Вань? А сейчас чего плакать, взяла грех на душу, который покоя не дает. Ох и глупые мы по молодости. И ведь никого рядом не было, чтобы сказать, не смей Анна. Ведь мамоньки моей уж не было, за год ушла горемычная. И откуда такие болезни берутся, которые людей забирают? А твоя мать меня и не жаловала никогда. Когда с тобой плохо было, она даже Мишку к себе не брала. Он ревет, ты от боли корчишься. Как вспомню, аж плохо делается. И как у меня сил хватило? — горестно спросила она пустоту.

Михаил зашел в родной дом. В зале стоял накрытый стол, перед иконой догорала поминальная свеча. После разговора с матерью, он долго сидел с трубкой в руках. Здорового отца он плохо помнил. Ведь тот всегда на работе был. Он запомнил только вечно озабоченого дядьку, который изредка трепал его по голове. А когда ему семь было, этот случай с огаленным проводом и произошел. Потом отец просто лежал и мычал. Не мог он говорить. Мишка им сначала гордился, потом стеснялся, а потом и вовсе вообще никак не воспринимал. Хотя когда его не стало, плакал, как маленький.

Вот вспомнив все это, он Вале и сказал — Я к матери поеду, не по человечески это, к родному отцу на погост не сходить — Валя раскричалась — Повод нашел, чтобы выпить? Отца твоего пять лет, как нет. А вы с мамашей своей все скорбите. Он же овощем был, не говорил, бревном лежал. Учти, уедешь домой не возвращайся — Он даже не колебался, куртку в руки и на электричку.

Он обошел комнаты и нашел мать в той, где жил последние годы отец. Мама тихонько сопела на диване. На лице были видны дорожки слез. — Мама-тихо позвал он. Она открыла глаза, с секунду замешкалась, а потом улыбнулась — Сынок —

Они сели за стол. Молча подняли рюмки. Также молча закусили. — Сынок, спасибо, что приехал — Анна не знала, как спросить, потом решилась — Как у тебя там, в семье? Все ли ладно? — Он встал и заходил по комнате — Плохо, мам, наверно разводится буду. Валька меня и в грош не ставит. Живет как хочет. Ее как в должности повысили, загордилась очень. Правильно, или моя зарплата слесаря или ее директора школы. Знаешь, мам, я все чаще Любу вспоминаю. Она бы мне хорошей женой была. Если бы я тогда с Валькой не связался, с Любой уже как много лет женаты были. До сих пор казнюсь —

Анна смотрела на него и думала. «Бедный мой мальчик. Несчастливая у нас семья какая то. Ведь жизнь прошла, а что я например видела? Ничего, кроме огорода, дома и немощного мужа». А вслух сказала — Ничего, сынок, пройдет все. И плохое и хорошее. Не можешь с женой жить, разведись. Только детей не бросай. Они тебе всегда помощью будут. А сейчас ложись, утром все не так плохо будет — И Миша, ее взрослый сын, вдруг заплакал, как в детстве. Она подошла к нему и обняла — Все образуется, сынок, верь мне —

Подпишитесь и поставьте лайк!

источник https://zen.yandex.ru/media/1607/godovscina-rasskaz-5eaffc876cedb240248338d8

Загрузка...
Загрузка...
Яндекс.Метрика